Вынесен приговор родителям подростка, устроившего стрельбу в «Рибникаре» Высший суд Белграда поставил запятую, а не точку в деле «Рибникара»: родители подростка-перестрелщика получили реальные сроки, но спор о том, кто и как виноват в трагедии, только разгорается.

Как разворачивалась драма

3 мая 2023 года 13‑летний ученик за две минуты и одну секунду выпустил 66 пуль в школе «Владислав Рибникар», убив девятерых детей и охранника и ранив еще шестерых. Суд констатировал: это было «психически запущенное» дитя, которое хладнокровно планировало нападение, опоздало на урок, принесло в школу два пистолета, 92 патрона и коктейли Молотова, а затем само вызвало полицию, а не родителей.

В 2023‑м отец водил сына в тир: на одном из визитов подросток за 49 секунд выпустил девять пуль из двух пистолетов, не меняя выражения лица даже когда гильзы били его по лбу. Параллельно он составлял список жертв, рисовал план школы и ночами штудировал в интернете психопатию, тюремные и смертные наказания, школьные расстрелы и изготовление коктейлей Молотова.

На этом фоне суд приговорил Владимира Кецмановича к 14,5 годам за тяжкое преступление против общественной безопасности и жестокое обращение с несовершеннолетним, его жену Мильяну — к 2 годам и 11 месяцам за запущенность и жестокость по отношению к ребенку.

Семьи жертв, прокуратура, эксперты: «минимальная справедливость»

Для семей убитых этот приговор — «минимальная сатисфакция»: максимальный возможный срок для отца, но никакой приговор не вернет детей. Представитель потерпевших Марко Янкович уверен, что Апелляционный суд подтвердит вердикт, основанный, по его словам, на «детальных и логичных» доказательствах; впереди — оформление письменного решения и 15 дней на апелляции сторон.

Адвокат Снежана Дунич видит в деле прецедент: если приговор устоит, он станет «огромным шагом в предотвращении подобных случаев» и ориентиром для будущих процессов о родительской ответственности.

Защита родителей и судьба стрелка

Сами Кецмановичи представляли себя «наилучшими возможными родителями», но суд в этом не убедили. Их адвокат Ирина Борович анонсировала жалобу, обвиняя суд в том, что он не выполнил указания апелляции, не провел новое психиатрическое исследование подростка и фактически «сам выдумал» его психическое состояние, преувеличив роль видеоигр и визитов в тир.

Отдельная линия спора — будущее самого стрелка. Часть медийных интерпретаций пугала возможностью его быстрого выхода на свободу после 18 лет, но юристы уточняют: он может быть оставлен в психиатрической клинике и после совершеннолетия, без своего согласия, если суд и эксперты сочтут, что он по‑прежнему опасен.

Вопрос, который звучит громче всех приговоров: где заканчивается трагическая родительская ошибка и начинается уголовная вина — и хватит ли этого прецедента, чтобы предотвратить следующий «Рибникар».