Число жертв землетрясений в Венесуэле продолжает расти

Число жертв землетрясений в Венесуэле продолжает расти Число жертв землетрясений в Венесуэле растёт быстрее, чем власти успевают пересчитывать тела, а борьба за интерпретацию трагедии уже идёт в полную силу.

В ночь на 24 июня два толчка магнитудой 7,2 и 7,5 обрушивают север Венесуэлы, эпицентр — в районе Эль-Гуайабо, сильнее всего страдает прибрежная Ла-Гуайра недалеко от Каракаса. Уже к утру 25-го временная президентка Делси Родригес объявляет чрезвычайное положение и приостанавливает работу госучреждений и школ. Первые оценки говорят о «более чем 200 погибших».

К вечеру 25-го правительство признаёт 235 жертв и более 4,3 тыс. раненых, Ла-Гуайра объявлена зоной бедствия, закрыт главный аэропорт, развернуты полевые госпитали. На следующий день счёт идёт уже на сотни: 569 погибших и около 50 тыс. пропавших без вести по гражданским спискам, а вечером 26-го власти подтверждают 589 жертв — крупнейшую сейсмическую катастрофу страны за столетие.

К концу дня 26-го появляются первые консолидированные цифры: 920 погибших, 3 360 раненых и 172 человека под завалами, ООН говорит о «более 50 тысяч пропавших без вести». Среди жертв — иностранцы: по меньшей мере двое бразильцев, 28 португальцев, пять испанцев, один итало-венесуэлец и двое китайцев. Очевидцы описывают панику и взаимопомощь: «Сильно трясло… люди помогают друг другу, мародёрства почти нет», рассказывает бразилец Денир Роза из Каракаса.

Первые 72 часа проходят под знаком хаоса. Власти ограничивают доступ в Ла-Гуайру, объясняя это пробками и мешающими спасателям толпами добровольцев, правые медиа фиксируют ту же меру, но подчёркивают «режим» и военную «милитаризацию» зоны бедствия. Родригес отправляет в штат 14 тысяч военных и полицейских, а 60% электроснабжения удаётся восстановить лишь к утру 27 июня.

На третий день трагедия официально выходит за порог 1 430 погибших и более 3,2 тыс. раненых. Оценки ООН о 50 тыс. пропавших подтверждают и правые, и левые издания: масштаб бедствия никто не оспаривает. Но начинается война нарративов.

Слева фокус смещается на геополитику. Международный аналитик предупреждает: США «попытаются использовать катастрофу, чтобы усилить своё влияние в стране», напоминая, что президент Николас Мадуро «находится фактически в заложниках в США» и что под видом гуманитарной помощи Вашингтон наращивает военное присутствие. Другая аналитика называет население «повторно виктимизированным» медиа, которые обвиняют в бедствии «чавизм», а не санкции и эмбарго, мешающие стране готовиться к катастрофам и восстанавливаться.

Справа акценты иные: на «режиме» Родригес, «диктатуре» и провале государства. Визит Делси в разрушенный квартал встречают криками «Вон!», жители обвиняют власти в пиаре на фоне руин. Издания смакуют формулировки о «режиме, скрывающем реальные цифры», подчёркивают проволочки с техникой, стирая грань между стихийным бедствием и политической виной.

При этом обе стороны охотно рассказывают истории «чудес» и героев. Правые выделяют собаку-спасательницу Цунами, «героиню, спасающую жизни» под завалами, и младенца, спасённого после 32 часов в руинах. Похожие кадры расходятся и в соцсетях: «Такое расскажут — не поверишь. Какое отчаяние… спаслись буквально чудом», пишет автор вирусного видео из зоны бедствия. Левые показывают ту же линию — младенцы, роды под завалами, соседи, копающие руками, — но вплетают её в хронику международной солидарности: от индийских полевых госпиталей до бразильских самолётов с спасателями и собаками.

К вечеру 27-го картина становится яснее: «терроремото на Венесуэле оставил 1 430 погибших и 50 тыс. пропавших», фиксируют и правые, и левые медиа. За сухими сводками — конкурирующие версии того, кто именно не справился: природа, государство или мировая политика. Одно бесспорно: под руинами Ла-Гуайры и Каракаса всё ещё ищут живых.

https://brazil-test-hub.syndichain.com Brazil News Hub brazil-test-hub brazil-test-hub